Франция вступает в новую эпоху — президентства Макрона. Но возможно, эта эпоха одновременно является и закатом политических амбиций Марин Ле Пен. Во всяком случае, шанса того уровня, что был у Ле Пен на прошедших выборах, может больше не появиться.
Своим новым президентом французы вполне предсказуемо избрали Эммануэля Макрона. О чём говорят результаты голосования и как их смогут использовать ведущие политические силы уже на июньских выборах французского парламента, «АиФ» рассказал политолог Глеб Кузнецов.
Александр Колесниченко, АиФ.ru: Лидер партии «Вперёд!» Эммануэль Макрон набрал 66,1% против 33,9% у лидера «Национального фронта» Марин Ле Пен. В абсолютных цифрах — это 20,7 млн человек против 10,6 млн. Результат Ле Пен можно считать провальным?
Глеб Кузнецов: Я бы назвал его маленькой электоральной катастрофой. Ле Пен не смогла стать респектабельным политиком и реально побороться за президентство. У неё был неплохой исторический шанс: политическая система в кризисе, есть огромный запрос на обновление. Этот шанс она не реализовала и набрала даже меньше, чем обещали ей социологи. Её избирательная кампания была неудачной, показала, что Ле Пен ничему не научилась.
— С другой стороны, впервые так много избирателей высказалось в пользу несистемного политика, которого в элитах считают нерукопожатным маргиналом.
— В сравнении с Ле Пен несистемным политиком скорее нужно назвать Макрона. Ле Пен, можно сказать, родилась на избирательном участке, она наследственный депутат парламента: её папа долгое время был парламентарием, она унаследовала от него партию. Уже не первое поколение французов видит фамилию Ле Пен в избирательных бюллетенях. Несмотря на разговоры о маргинальности, Ле Пен — это часть французской политической системы, причём в значительно большей степени, чем Макрон, появившийся как чёрт из табакерки.
Как человек, у которого полгода назад не было никакого рейтинга, потому что его почти никто не знал, Макрон провёл качественную технологичную кампанию. У нас его называют чадом мировой олигархии, но Макрон выступает с серьезных консервативных позиций и во время предвыборной кампании достаточно много говорил о французской истории, традиции и суверенитете. Поскольку он два года был министром в правительстве социалиста Олланда, его считают скорее левым, но зря. Если сопоставлять Макрона и Ле Пен, то вторая несопоставимо левее.
Экономической программой, лозунгами о том, что работать нужно меньше, а получать больше, Ле Пен как раз привлекла часть рабочего класса. Ле Пен — националист, но по экономической программе это левый национализм, национал-социализм.
Кстати, ещё большей сенсацией этих выборов, чем Эманнуэль Макрон, стал левый политик Жан-Люк Меланшон, который показал неожиданный и не предсказанный никем результат (вошёл в четвёрку лидеров в первом туре, — ред.)
— Предложив отбирать у богатых всё, что превышает 400 тыс. евро дохода в год?
— Он такого всё-таки не предлагал, хотя настаивал на том, чтобы богатые платили больше. Во Франции — прогрессивный подоходный налог и 5 градаций для доходов, Меланшон предложил 14. Но поражение Ле Пен во втором туре стало, в том числе, поражением левых экономических идей.
— Смогут ли аутсайдеры президентской гонки взять реванш на предстоящих в июне парламентских выборах?
— Во Франции двухтуровая система не только на президентских, но и на парламентских выборах. Поэтому кандидаты «Национального фронта» и так достаточно часто выходили во второй тур, но часто и проигрывали в аттракционе под названием «голосуйте за кого угодно, кроме кандидата от „Национального фронта“». Поэтому, как это ни смешно, у евроскептиков Ле Пен значительно сильнее представительство в Европарламенте, чем в национальном парламенте Франции, где у «Фронта» лишь несколько человек.
Предполагаю, что «Национальный фронт» в очередной раз не очень хорошо выступит на выборах во французский парламент: неудача Марин Ле Пен на президентских выборах свидетельствует о кризисе в партии и не добавит её сторонникам энтузиазма на выборах парламентских. В свою очередь, коалиция, которую представляет Макрон — движение «Вперёд!» и традиционные партии, поддержавшие его на президентских выборах — наберёт существенное большинство. Макрону первое время будет очень комфортно на посту президента.
У Меланшона в парламенте есть все шансы занять нишу левой популистской партии, нишу «новых левых». Он яркий, весёлый, радует избирателей технологическими новинками. Возможно, всё это ему удастся конвертировать в создание популярного левого движения.
— О внешней политике Эммануэля Макрона нам удобнее судить по яркой фразе Марин Ле Пен, которая во время дебатов заявила, что Францией в любом случае будет править женщина — либо она, Ле Пен, либо канцлер Германии Ангела Меркель. Насколько Макрон способен проводить самостоятельную французскую политику?
— Из России это было не очень видно, но основные дебаты во время выборов во Франции разворачивались вокруг проблем экономического роста, справедливого распределения ресурсов — то есть внутренних проблем страны. Вряд ли стоит ожидать, что Макрон будет проводить активную внешнюю политику. Людям важнее, что происходит с их кошельками, с доходами домохозяйств, с пенсионным возрастом и т.д. Внешнеполитическая повестка оказалась не так важна, как рассчитывала Ле Пен, это, кстати, стало одной из причин её неудачи. Судя по опросам, такие темы как суверенитет, евроскептицизм, мигранты находятся на четвёртом-пятом месте по популярности. Первые три позиции — внутриполитические, экономические проблемы, и Макрону придётся сосредоточиться именно на них.
Впрочем, не нужно забывать, что Евросоюз создали Германия и Франция. Париж, я думаю, и при новой власти останется одним из столпов ЕС, а не будет просто подпевалой Берлина.
